П О Л Е В Ы Е    Ф И Н Н О - У Г О Р С К И Е    И С С Л Е Д О В А Н И Я  
Создано при поддержке Финно-Угорского Общества Финляндии Сайт размещен
при поддержке компании
ТелеРосс-Коми
о проекте персоналии публикации архив опросники ссылки гранты  
карты

Карта: Республика Коми
Республика Коми



регионы

публикации

Публикации :: Музейная этнография

К истории формирования фотоколлекций по народам коми в собрании РЭМ.

Чувьюров А.А.

Музейно-этнографическая собирательская деятельность носит многоаспектный характер. Наряду с собственно комплектованием этнографических коллекций (предметов наделенных этнокультурной спецификой), сбором материалов по специальным программам-опросникам, она включает различные способы визуальной фиксации (рисунки, чертежи, фотографии, в современных условиях еще и аудио- и видеозаписи). Визуальный аспект собирательства играет не только вспомогательную роль, но порой решает собственные задачи (отражение народного быта, не имеющего равнозначного вещного или документального выражения[1]). Роль фотографии как одного из наиболее выразительных средств, способных запечатлеть важные и знаменательные явления жизни общества, ясно осознавалась такими известными отечественными этнографами как В.И. Ламанский, Д.А. Клеменц, А.А. Миллер, во многом определявших характер и важнейшие направления собирательской работы в начале XX в.

В программе для собирания этнографических предметов, составленной в 1902 г. группой сотрудников Этнографического Отдела Русского Музея (под руководством заведующего Д.А. Клеменца), подробно перечисляются конкретные объекты фотофиксации: 1) поселения, различные типы жилищ, хозяйственные постройки; 2) одежда; 3) кустарные производства (отдельные моменты производства); 4) способы передвижения (сани, возы и т.д.); 5) занятия и промыслы (рыболовство - жилища рыбаков, рыболовные снасти; охота - снаряжение охотника, охотничьи избушки и снасти); 6) сенокошение; 7) земледелие (фотографии пахарей, отдельные этапы земледельческих работ) и т.д.[2]

Фотография решала не только узко специальные задачи, но нередко становилась самостоятельным художественным и культурным явлением, сравнимым по мастерству исполнения с живописью, как, например, этнографические фото С.М. Дудина[3], М.А. Круковского[4].

На протяжении десятилетий происходили изменения в исследовательских установках и собирательских программах, менялись направленность комплектования коллекций и приоритеты собирательской работы[5]. Доминация в обществе тех или иных идеологических установок, определяемых историками Школы "Анналов" понятием ментальность[6], находит отражение в различных сферах жизни, в творческой и хозяйственной деятельности отдельных индивидов. Так, изменение техники землепользования и ввод в производство новых технических приспособлений в средневековой Европе, по мнению Марка Блока, было непосредственно связано с изменением ментальных установок и социальной структуры общества[7]. Как идеологические установки влияли на комплектование и сбор этнографических предметов и материалов, показывают фото коллекции по различным группам коми.

В отечественной этнографии немного работ, посвященных атрибуции и классификации фотографических коллекций, практически не разработана сама методика их описания. Исключение, пожалуй, составляет небольшая по объему, но очень содержательная статья А.С. Морозовой, посвященная туркменским фотоколлекциям уже упомянутого С.М. Дудина[8]. Именно эта работа и взята нами за основу методологического принципа классификации коми материалов.

В настоящее время в фототеке РЭМ имеется 25 коллекций[9] фотоотпечатков и негативов по этнографии и истории коми. В общем, коллекции отражают всю территорию расселения коми. По времени комплектования они охватывают период с 1906 по 2001 гг.

Примечательной особенностью первых лет работы Этнографического Отдела Русского музея (далее ЭО) по комплектованию фонда являлось привлечение к сбору этнографических материалов корреспондентов из числа местной интеллигенции: священников, учителей и т.д.[10] В первые годы существования ЭО его штат включал лишь четырех сотрудников, бывших естественно, не в состоянии охватить собирательской работой территорию всей Российской Империи[11].

 Первое наиболее крупное поступление памятников традиционной культуры коми относится к 1906 г. и связано с экспедиционно-собирательской деятельностью студента Санкт-Петербургского университета С.И. Сергеля в Помоздинской волости Устьсысольского уезда Вологодской губернии (в настоящее время Усть-Куломский район Республики Коми)[12]. Этот выезд был инициирован самим С.И. Сергелем. Первоначально он планировал заняться изучением печорских коми, так как, по его мнению, "зыряне мезенские и вычегодские утратили уже многое свое, сильно обрусели"[13]. По каким-то причинам маршрут экспедиции был изменен. Сергель доехал на пароходе через Вологду и Котлас до Усть-Сысольска, а оттуда на пароходе добрался до с. Подъельск и далее на подводе до с. Помоздино. В окрестностях последнего (деревни Бадьйоль, Анисиван (Кузь-Слудобожская), Кузь-Мыльк, Югыд-тыдор[14]), он стал заниматься сбором экспонатов. В результате четырехмесячной работы была собрана богатейшая коллекция по коми-зырянам[15].

 Одним из важных результатов экспедиции С.И. Сергеля в Коми край стали коллекции фотоснимков (колл. № 984 и № 1056, всего 185 отпечатков). Выполненные им фотографии отличает высокий профессионализм, безупречность технического и художественного исполнения (компановка кадра, выбор сюжета и т.д.), что, наряду с этнографической репрезентативностью коллекций, стало причиной их широкого использования в различных этнографических изданиях, а также для музейного экспонирования (РЭМ, НМРК).

Коллекция № 984 включает 156 фотоотпечатков и отражает следующие темы: планировка сел, хозяйственные занятия, хозяйственные и жилые постройки, охота, типы зырян и одежда, верования[16].

Планировка сел. У коми-зырян сложилось несколько типов поселений: гнездовой (поселение концентрируются вокруг одного центра-"гнезда"), беспорядочный (застройка поселения без определенного плана), прибрежно-рядовой (дома ориентированы фасадами на реку). В конце XIX - начале XX вв. появилась уличная застройка. На фотографии С.И. Сергеля показан въезд в село Помоздино, дома вдоль улицы, а также общие виды деревень Анисиван (Кузь-Слудобожская), Кузь-Мыльк, Югыд-тыдор. Все это они иллюстрировало складывавшийся новый тип поселений, который в первые десятилетия ХХ в. начинал преобладать в данном районе.

Хозяйственные занятия. Запечатлены различные моменты архаичной подсечно-огневой системы земледелия, сохранявшейся у коми-зырян и в начале XX в., наряду с трехпольем и перелогом. На фотографиях С.И. Сергеля представлены разные этапы подсечно-огневого земледелия: сжигание леса, корчевание, боронование. Среди традиционных орудий, использовавшихся при этом, запечатлены соха (гoр), борона (агас), в том числе достаточно архаичного типа из еловых плах с длинными сучьями, скрепленных между собой поперечными плахами.

Разнообразными сюжетами представлена тема заготовки сена. На дальние покосы выезжали всей семьей. В период сенокосных работ жили в специально выстроенных избушках или в деревянных шалашах. На фотографиях С.И. Сергеля зафиксированы сенокосное становище в Ерчем-дор, деревянные шалаши в которых жили во время заготовки сена, хозяйственный амбар (житник; тщамья - срубик с односкатной крышей) для хранения продуктов (№№ 28, 34, 35, 37). Косари нередко ночевали не в избушке и шалашах, а в пологе, под житником. На одной из фотографий виден такой полог (№ 28). У стены житника сушатся сети, так как мужчины, наряду с собственно заготовкой сена, между сенокосными работами занимались также рыболовством. На фотографиях представлены также различные этапы сенокосных работ: косьба горбушей, бывшей у вычегодских коми основным сенокосным орудием, точение косы, переворачивание сена, копна сена, укладка сена в стог.

Хозяйственные и жилые постройки. Данная тема представлена разнообразным кругом фотографий: дом-пятистенок (керка), овин, двухэтажный хозяйственный амбар (житник). Характерной особенностью вычегодского дома было крытое крыльцо (№№ 56,57). С.И. Сергель попытался зафиксировать и внутренне убранство домов коми-зырян: строящаяся кирпичная печь в избе (№ 50), кровать в сарае (№ 59). На фотографиях запечатлены также колодцы (струба - сруб с чепней, берестяным сосудом, привязанным к длинному шесту, конец которого виден из колодца), деревянный настил (место для стирки) на речке Воли.

Охота и рыболовство. Тема охоты и рыболовства также разнообразно представлена в фотоколлекции С.И. Сергеля: кремневые ружья - пищали, из-за простоты и надежности конструкции использовавшиеся коми-зырянами вплоть до 1920-30-х гг., пороховница, дробница, охотничья избушка (вoр керка), баня (пывсян) возле охотничьей избушки, собачья будка (пон чом), рыболовные сети (кулoм), загородка.

Типы зырян и одежда. На фотографиях показаны вычегодские коми в различных комплексах повседневной одежды: мужчина, одетый на сенокос (на нем шабур лаз - жилетка из кожи от дождя), мужчина в костюме из фабричной материи с гармонией-итальянкой, мужчина в домотканой рубашке - сера дорoм, женщина в сарафане. Фотографии этой группы в целом носят постановочный характер.

Верования. Тематика верований представлена несколькими фотографиями: старая часовня с колокольней в д. Бадьйоль (№ 39), строящаяся часовня в д. Югыдтыдор (№ 48), обетный деревянный крест на поле в окрестностях д. Бадьйоль (№ 145), крестный ход к реке Помоз в с. Помоздино (№ 109), молебен на реке Помоз (№ 110). Каких-либо экспедиционных дневниковых записей С.И. Сергеля не сохранилось, и можно только предполагать, к каким христианским праздникам были приурочены крестный ход и молебен.

Коллекция № 1056 состоит из 29 фотографий жителей д. Бадъйоль, на которых запечатлены антропологические типы коми-зырян: погрудные фото мужчин, женщин и детей разных возрастов в повседневной традиционном костюме.

В 1909 г. в ЭО поступили коллекции этнографических предметов и фотографий, выполненных студентом Петербургского университета С.И. Руденко[17] в ходе этнографической поездки по Тобольской губернии. Основной целью экспедиции было изучение традиционной культуры хантов, манси и ненцев[18], проживавших в бассейне реки Обь и её притоков (р. Сосьва, Ляпин, Сынь, Войкар, Вогулка). Руденко были также проведены раскопки могильника в районе Обдорска. Сбор экспонатов среди коми-зырян (коми-ижемцы) во многом носил случайный характер. Вместе с тем, собранная исследователем небольшая коллекция дает достаточно точную картину жизни и быта зауральских коми: это предметы, связанные с оленеводством - оленья упряжь, мужская одежда и обувь из оленьего меха (колл. № 1910, всего 14 предметов)[19]. Дополнением к собранным экспонатам является небольшая коллекция фотографий (РЭМ, колл. № 1835). На 10 фотографиях этой коллекции отражены следующие сюжеты: группа коми-зырян, одетых в зимнюю одежду (с. Обдорск, Обская губа), зыряне-оленеводы на фоне оленьего стада (с. Обдорск), зырянские каюки - крытые лодки (с. Саранпауль, Березовский уезд Тобольской губ).

В эти же годы (на рубеже 1910-1920-х гг.) музей приобрел две первые коллекции из районов проживания коми-пермяков. Они были собраны В.А. Плотниковым и А.Ф. Теплоуховым в ходе экспедиций, выполненных в Соликамском и Чердынском уездах Пермской губернии по заданию и на средства ЭО. Коллекции включают мужскую и женскую одежду, головные уборы, пояса, женские украшения (серебряные и металлические), домашнюю утварь[20].

В.А. Плотников, как и многие художники того времени, в поисках сюжетов и вдохновения, совершал поездки в разные российские регионы. Будучи знатоком древностей и интересуясь традиционной народной культурой, он занимался сбором различных предметов и сведений. На этой почве и завязались отношения В.А. Плотникова с Этнографическим Отделом Русского Музея, выполняя задания которого, он на протяжении ряда лет (1907-1911 гг.) уже в качестве корреспондента ЭО предпринял ряд экспедиций на Русский Север (русские, карелы). В архиве РЭМ хранятся уникальные акварели кладбищ, часовен, выполненные художником в ходе многочисленных поездок по деревням и селам Архангельской и Олонецкой губерний.

В 1908 г. В.А. Плотников обратился в ЭО с заявлением, в котором извещал о намерении отправиться летом в художественно-археологическую поездку в Пермский край и предлагал свои услуги по сбору материала среди проживавшего там нерусского населения (чуваши, черемисы, мордва, вогулы, вотяки)[21]. В результате этой поездки Плотниковым была собрана коллекция по этнографии коми-пермяков (колл. № 1468, 162 предмета). Экспедиционные фото (колл. № 2855, 50 фотографий) представляют собой яркий иллюстративный материал. Все они были сделаны в двух уездах Пермской губернии: в Соликамском (посад Отиево, сёла Белоево, Кудымкар, Юксеево, Юрла, Лобаново) и Чердынском (сёла Гайны, Коса, деревни Басманово, Иванчина, Коча, Ошонково, Чурочева). В коллекции отражены хозяйственные занятия, общий вид поселений и типов домов, одежда, верования местного населения.

Хозяйственные занятия. Данная тема представлена несколькими сюжетами: женщины толкут жито в долбленых деревянных ступах, семейнвя пара возвращается с сенокоса, слепой старик плетет корзину, женщина ткет пестрядь.

Общий вид поселений и типов домов. Общий вид посада Отиево, изба курная.

Одежда. На фотографиях группа мужчин и женщин в повседневной одежде, мужчина в зимнем охотничьем костюме.

 Верования. Религиозная тематика представлена различным по содержанию кругом фотографий: архитектура церковных зданий - часовни д. Лобанова Соликамского уезда (№ 6), деревни Чурочева, Коча Чердынского уезда (№№ 26-28), церковь и часовня в д. Коча Соликамского уезда (№ 30), религиозные процессии - молебен на улице с хоругвями в с. Кудымкар Соликамского уезда (№ 8), молебен от болезней в д. Коча (№ 31/1-3). На фотографии заснята группа людей, часть из которых стоит в реке, а другая - мужчины на лошадях - также зашла в воду. Какие-либо подробные записи в коллекционных описях отсутствуют. Аналогичные сюжеты представлены на фотографиях А.Ф. Теплоухова, на которых изображены молебен в праздник свв. Флора и Лавра, религиозные обряды - заклание жертвенного быка и его дележ между родственниками в д. Коча (№№ 32, 33). В числе редких сюжетов - проводы покойника в посаде Отиево (№№ 10, 11): запечатлены долбленный из колоды гроб на санях и могила, на которой вместо креста установлена передняя часть старых саней, невеста под покрывалом в момент исполнения свадебных причитаний.

В 1912 г. поступили коллекции этнографических предметов и фотографий от А.Ф. Теплоухова. А.Ф. Теплоухов происходил из рода известных собирателей археологических и этнографических древностей Пермского края. Его прадед Е.Н. Теплоухов (1779-1883 гг.) был крепостным в пермском имении Строгановых, где получил начальное образование, а позже в результате настойчивого самообразования был назначен на должность приказчика в Вознесенском, Путинском и Сепычевском ведомствах имения Строгановых.[22]. Его сын А.Е. Теплоухов и внук Ф.А. Теплоухов были главными лесничими Пермского имения Строгановых. Наряду с разработками по лесоустройству, они также прославились своими занятиями археологией, этнографией и историей Прикамья[23]. А.Ф. Теплоухов стал продолжателем дела деда и отца. Работая таксатором в лесной партии на р. Печоре, он попутно занимался сбором материалов по этнографии народов Севера (русские, коми-пермяки, манси)[24].

В начале 1910 г. А.Ф. Теплоухов обратился к А.А. Миллеру с предложением сотрудничать с ЭО по комплектованию этнографических предметов Пермской губернии. В результате у него завязалась переписка с А.А. Миллером и Н.М. Могилянским. На сбор экспонатов А.Ф. Теплоухову летом 1910 г. ЭО было выделено 200 рублей. Н.М. Могилянский в своем письме о выделении денег дал ряд важных указаний, достаточно наглядно характеризовавших работу ЭО с корреспондентами и сами методические принципы этнографического комплектования и фотофиксации: "Считаю необходимым предостеречь Вас от обычных ошибок начинающих собирателей этнографических коллекций. Отделу желательно иметь хотя и небольшой, но полно обследованный уголок, а не коллекции головных уборов, поясков, рукавиц и проч., поэтому, пожалуйста, постарайтесь, придерживаясь программы, исследовать какую-нибудь деревеньку и пусть эта коллекция послужит краеугольным камнем для Ваших дальнейших работ. <:> Если будете приобретать одежду, то, имея в виду выставление в Музее манекенов, необходимо прежде всего сфотографировать костюм со всех сторон и приобретать как верхнее, так и нижнее одеяние не исключая обуви и головного убора, по возможности с одного человека, а не собирать отдельные предметы от лиц не одинакового роста и телосложения"[25]. Переписка показывает, что А.Ф. Теплоухов достаточно хорошо разбирался в традиционной культуре коми-пермяков. Так, в письме от 22 июля 1910 г. он делает ряд уточнений, касающихся коллекции экспонатов поступивших от священника А. Шестакова: "Написано: "кокошник - головной убор, шамшур." Но дело в том, что кокошник - это одно (убор чердынских пермяков), а шамшура (а не шамшур !!) совершенно другое (убор соликамских пермян и Косинской волости)" [26]. В письме он просит А.А. Миллера прислать рисунок головного убора из коллекции А. Шестакова, чтобы сделать окончательное суждение относительно данного предмета[27]. Отвечая на вышеприведенное письмо Н.М. Могилянского, А.Ф. Теплоухов также показывает себя человеком, хорошо разбиравшимся в культуре коми-пермяков: "В ответе пишете "желательно иметь хотя и не большой, но полно обследованный уголок, например, какую-нибудь деревеньку". Это было бы, конечно, лучше всего, если бы у пермяков можно было найти такую деревню, где все было бы "пермяцкое, но дело в том, что нынешняя пермяцкая деревня ничем не отличается от русской и остатки "пермяцкой" можно обнаружить то в одной местности, то в другой. <:> Возьмем теперь хотя бы одежду. В Косинской волости, например, прежние платья, рубашки, как мужские, так и женские лет уже 20 как совершенно вытканы "пестрятиной (пестрядь - А.Ч.)", а Гайнской волости рубашки с браным рукавом и воротом. И потому, если бы стал исследовать какую-то деревеньку Косинской волости, то судить по ней о чердынских пермянах, конечно, было бы нельзя. <:> В виду вышеуказанных соображений, я полагал бы более всего интересным условием собрать в музее образцы костюмов в разных местностях:[28]" Далее в письме он указывает на ряд различий в костюме разных локальных групп коми-пермяков: "Так, по мужской одежде чердынцев можно разделить на три категории: 1) "Лупинцы" (проживающие по р. Лупья, правому притоку Камы), в одежде имеют много зырянского... Например, четырехугольные шапки, узорчатые чулки. 2) "Гайнцы" (Гайнской волости) - последние тоже чулки с узорами и белые узорчатые запоны (ворот широкой рубахи с прорезом для головы, сзади обратной немного ниже плеч). 3) Прочие чердынские пермяне, имеющие вместо "запонов" холщевые "шабуры". По женской одежде чердынские пермячки также делятся на три категории: 1) Пермячки Косинской волости, носят своеобразные "шамшур", нисколько не похожие на таковые соликамских пермячек. 2) Пермячки Гайнской, Юсинской, Чураковской и Косинской волостей - последние кокошники без налобников и "косоклинные дубасы". 3) Пермячки Зулинской, Юмской волостей, последние "прямоклинные дубасы" и кокошник с налобниками[29]."

В 1912 г. А.Ф. Теплоуховым была приобретена интересная коллекция этнографических предметов по культуре коми-пермяков: мужская и женская одежда, головные уборы, пояса, женские украшения (серебряные и металлические), домашняя утварь (кол. № 2895, 43 предмета)[30]. Существенным дополнением к этнографическим памятникам стали фотографии из двух уездов Пермской губернии (колл. № 2794, 71 фотография): Соликамский уезд (Белоевская волость) и Чердынский уезд (Аннинская волость: с. Гайны, дд. Верхняя Лупья, Иванчина, Кривцы, Луньин нос, Мазунина, Михалев, Мыс, Сойга; Косинская волость: с. Коса, дд. Большая Коса, Москали, пуксин, Селище; Усть-Зулинская волость: д. Лопа; Чураковская волость: с. Чураково; Юксеевская волость: д. Большая Коча; Юрлинская волость: д. Кукольная). Тематически фотографии можно разделить на следующие группы: общий вид селений, хозяйственные и жилые постройки, средства передвижения и орудия труда, хозяйственные занятия, одежда, верования.

Общий вид селений. Общий вид села Монастырь зимой. Нам переднем плане лошадь, запряженная в сани, на заднем плане церковь.

Хозяйственные и жилые постройки. Данная тема представлена несколькими фотографиями: бревенчатый жилой дом, амбар с бревенчатой тесовой крышей, тщамья - охотничья кладовая (представляет собой сруб из коротких бревен), курная изба, избушка рыболовная.

Средства передвижения и орудия труда: Волокуша - телега на двух массивных деревянных колесах, мельница ручная (деревянные ручные жернова), соха, борона.

Верования. Религиозная тематика представлена несколькими сюжетами. Архитектура: остатки бревенчатой церкви с. Монастырь (церковь за ветхостью была закрыта в 1630 г.). Значительная часть фотографий связана с праздником свв. Флора и Лавра (31 августа/18 августа по старому стилю). У коми-пермяков, как и русских, в этот день, пользовавшийся особым почитанием как "лошадиный" праздник, было принято совершать молебен лошадям, так как свв. Флор и Лавр считались покровителями лошадей. На фотографиях А.Ф. Теплоухова зафиксирован один из таких моментов молебна лошадям в д. Большая Коча: мужчины верхом на лошадях стоят в воде (№ 7). Другим важным моментом общественных молений коми-пермяков и коми-зырян явились церковные братчины - обычай общественных жертвоприношений на день св. Флора и Лавра и в Ильин день. В эти праздники к церкви приводили домашний скот (овец, быков, коров), резали жертвенных животных, варили мясо и делили на три части. Одну часть продавали и деньги отдавали на нужды церкви, вторая шла духовенству, третью раздавали присутствовавшим[31]. На фотографиях А.Ф. Теплоухова запечатлены некоторые эпизоды общественных жертвоприношений в день свв. Флора и Лавра: заклание жертвенного быка (д. Большая Коча, № 8), жертвенные котлы у церковной ограды (д. Большая Коча, № 9). Религиозная тематика представлена также рядом фотографий, на которых изображены деревенские кладбища: различные типы надмогильных памятников и крестов, Венчание в церкви (д. Коса).

Хозяйственные занятия. У коми-пермяков, как и у коми-зырян, достаточно широко было распространено использование под пашни подсек, разработка лесных участков. На одной из фотографий А.Ф. Теплоухова представлен завершающий этап этих работ: рожь засеяна на подсеке, на выжженном лесном участке.

Одежда. Разнообразным кругом фотографий представлена тема одежды: женщины в кокошниках, мужчины в рабочих одеждах, двое мужчин в лузанах (прямоугольная накидка с отверстием для головы, который изготавливался из домотканного холста, сукна или кожи), мужчины в белых чунях - армяках, подростки в суконных шапках - ной шапка и др.

Сюжеты этих фотографий перекликаются с коллекцией фотоматериалов, выполненных В.А. Плотниковым. Объясняется это тем, что экспедиционный сбор проводился в одном и том же районе (Соликамский и Чердынский уезды Пермской губернии) и по одной и той программе ("Программа для собирания этнографических предметов" ЭО).

Часть фотографий из коллекций В.А. Плотникова и А.Ф. Теплоухова (молебен возле д. Большая Коча, жертвенные котлы у церковной ограды, похороны, заклание жертвенных животных), включены в отдельные разделы экспозиции РЭМ "Народов Поволжья и Приуралья. Конец XIX - начало XX вв.". В качестве иллюстративного материала они, в частности, были использованы также на юбилейной выставке РЭМ "Христианство в быту и культуре народов России. XIX-XX вв.", приуроченной к 2000-летию христианства.

Дореволюционная коллекция фотоматериалов по коми-пермякам представлена также небольшой коллекцией И.К. Зеленова, одного из известных корреспондентов ЭО в течение длительного времени осуществлявшего сбор памятников традиционной культуры среди финно-угорских и тюркских народов Поволжья (удмурты, чуваши). Коллекция фотографий была снята им в Глазовском уезде Вятской губернии (колл. № 3515, 6 фотграфий) и содержит следующие сюжеты: фотография улья, мужчины и женщины в летних костюмах городского покроя, в верхних рабочих костюмах, в летних будничных костюмах начала ХХ в.

6 апреля 1911 г. И.К. Зеленов обратился с письмом к Н.М. Могилянскому, в котором предложил приобрести имевшиеся у него негативы, в том числе 60 негативов по коми-пермякам, выполненные в 1910 г. в Верхнеязьвинской вол. Чердынского уезда Пермской губернии[32]. В ответном письме Н.М. Могилянский просит И.К. Зеленова прислать негативы в ЭО для ознакомления с ними[33]. Но по неизвестной причине негативы не поступили в фототеку.

В послереволюционный период собирательская и исследовательская деятельность по народам коми связана с именами таких известных исследователей как Л.Л. Капица и Т.А. Крюкова.

В 1926 г. по заданию ЭО сотрудник музея Л.Л. Капица отправился в командировку в Усть-Куломский район Коми Автономной области (в современном административном делении - Троицко-Печорский район Республики Коми). К этому времени Л.Л. Капица обладал достаточно богатым опытом изучения культуры различных народов. Его судьба и путь в науку во многом типичны для дореволюционного поколения этнографов. Л.Л. Капица родился в 1892 г. В 1911 г., после окончания Кронштадской гимназии, он поступил на физико-математический факультет Петербургского университета. Еще в период обучения в университете Л.Л. Капица начал сотрудничество с ЭО РМ. По заданию ЭО им было проведено этнографическое и антропологическое обследование поморов (1913, 1914, 1916 гг.) и саамов (1914 г.). В 1916 г. он был приглашен в штат ЭО на должность регистратора. В 1921 г. им были предприняты весьма результативные обследования карел, приобретена интересная коллекция экспонатов. В 1924 г. Л.Л. Капица в течение пяти месяцев проходил стажировку в музеях Англии, Швеции, Дании и Франции, где изучал постановку музейного дела[34]. Таким образом, к моменту экспедиции 1926 г. в Усть-Куломский район он был уже достаточно зрелым этнографом.

Маршрут верхнепечорской экспедиции включил следующие населенные пункты Усть-Куломского района: сёла Троицко-Печорск, Усть-Илыч, Усть-Щугор, Покча, Савинобор, деревни Воя, Дутово, Саръюдин, а также деревня Кебырыб Усть-Вымского района[35]. В ходе экспедиции им была собрана разнообразная по тематике коллекция предметов быта и материальной культуры коми-зырян: предметы охоты, рыболовства, скотоводства, промыслов, народной медицины (колл. № 4466, 44 предмета).[36] Яркий документальный источник представляют собой фотографии (колл. № 4860, 54 фотографии). В них отражены следующие темы: жилище, средства передвижения, земледелие и скотоводство, охота, рыболовство, народная техника и промыслы, семейная жизнь, верования.

Жилище. Данная тема представлена несколькими фотографиями: 4 фото жилых изб с. Покча, хозяйственные постройки (амбары около изб, баня).

Средства передвижения. На фотографиях показаны сухопутные средства передвижения - тарантас, двуколка, а также лодка, характерная для верхнепечорских коми: длинные, узкие лодки, с небольшими бортами.

Земледелие и скотоводство. Сфотографированы разные этапы обработки пашни: расчистка леса под пашню, вспашка (№ 12), перевозка косули на поле (№ 13), ячмень с зародами и овинами (№ 14), заточка косы (№ 15), стрижка овец (№ 16).

Охота. Эта тема представлена следующими сюжетами: охотник в полном снаряжении (№ 17, охотник снят со спины, и видно, что к лузану на специальной тесемке прикреплен топор), путик - охотничья тропа (№ 19) со специальным затесом (лoсас), которым охотники отмечали свои тропы, ловушка для горностая (№ 20), промысловая избушка (№№ 25, 26), собака-лайка (№ 27), дикие гуси в загоне (№ 29), охотничьи нарты (№ 24). Известно, что у коми охотой занимались не только мужчины, но и женщины. На одной фотографий (№ 30) изображена старуха-охотник.

Рыболовство. Зафиксированы амбары и вешала для сетей, запор для ловли мелкой рыбы, плетение невода.

Народная техника и промыслы. Верхняя Печора славилась своими брусянноточильными промыслами на р. Воя (д. Усть-Воя), разработка которых началась еще в XVIII в. На фотографиях Л.Л. Капицы засняты некоторые моменты этого промысла - шлифовка точильных камней на берегу реки Вои (№№ 38, 39), избушка кустарей (№ 40), замешивание глины для кирпича-сырца (№ 41).

Семейная жизнь. Данная тема представлена всего двумя фотографиями молодых семейных пар (№ 42, 43). На двух фото (№№ 44, 45) женщины в праздничных сарафанных комплексах.

Верования. Четыре фотографии отражают ряд особенностей духовной жизни верхнепечорских коми. В досоветский период основная часть населения Верхней Печоры относилась к старообрядцам-беспоповцам. После гражданской войны на Верхней Печоре началась актив-ная проповедническая деятельность группы старообрядцев-бегунов (13 человек) из Пермской губернии[37]. На двух фотографиях зафиксированы старообрядческие кладбища в д. Дутово (№ 34) и в д. Саръюдин (№ 35). На первой видны намогильные сооружения - срубы (кресты отсутствуют), на второй - старообрядческий восьмиконечный крест со срубом. В селе Покча сфотографированы изба-молельня "истинно православных христиан" (№ 36) - дом с закрытыми воротами и наставник общины ( № 37).

В целом, фотоколлекция Л.Л. Капицы отражает программу дореволюционных собирательских программ. Её ценность снижает не очень качественное техническое исполнение; не всегда удачно выбранная компоновка кадра. Например, на фотографии № 41 ("замешивание глины для кирпича-сырца") сфотографировано несколько женщин, сидящих на земле. Так как они значительно удалены от фотографа, то без описания в коллекционной описи нельзя догадаться, чем конкретно заняты женщины. Возможно, неудачные кадры связаны с невысоким качеством аппарата (фотоаппарат с малоугольной камерой), использовавшегося Л.Л. Капицей. Документальная ценность ряда фотографий снижена некоторой искусственностью отображаемых ситуаций: например, охотники в зимней одежде и нарты (№ 24) сняты летом. Безусловно, такая установка имеет свое оправдание: экспедиционные поездки после революции зачастую проходили в летнее время, поэтому этнографу невольно приходилось имитировать зимние сюжеты.

1930-е годы стали для отечественного музееведения и этнографии периодом формирования новой концепции комплектования и собирательской работы. Если в 1920-е годы, как отмечает И.И. Шангина, сбор экспонатов для музейных собраний проводился с целью сохранения выдающихся памятников культуры, а также  документирования процесса развития этнической культуры, то в 30-е годы эти две задачи комплектования перестали считаться важными. Основной задачей стал сбор вещей для вновь создававшихся экспозиций и выставок[38]. Такой подход, в целом, сохранялся в течение 1930-60 гг. и, безусловно, нашел отражение в собранных в те годы коллекциях этнографических предметов.

В 1934 и 1935 гг. две экспедиционные поездки в Автономную область Коми совершила Т.А. Крюкова. Незадолго до этого (в 1932 г.) она была принята в штат сотрудников музея[39]. Этому предшествовал арест и ссылка в Козьмодемьянск в связи с участием в деятельности кружка "Братство святителя Серафима Саровского". В этой ситуации экспедиционная поездка важна была не только сама по себе, но и как доказательство профессиональной подготовленности.

Экспедиция Т.А. Крюковой в Коми Автономную область состоялась с 1 августа по 21 сентября 1934 г. Она выехала из Козьмодемьянска на пароходе до Сыктывкара; маршрут пролегал через Горький, Вятку, Котлас. Т.А. Крюкова работала в Сторожевском районе: Строжевск, Троицк, Нившера, Тис. Основным направлением собирательской работы была тема охоты, попутно собирался материал по народной медицине и верованиям.

В результате этой поездки была собрана коллекция мужской и женской одежды, головных уборов, поясов, домашней утвари, предметов промыслов (колл. № 5670, 119 предметов)[40]. Иллюстративный материал представляет коллекция из 72 фотографий (колл. № 5686). В ней отражены следующие темы: охота, жилище и постройки, сельское хозяйство, средства передвижения, народное искусство.

Охота. Тема охоты представлена достаточно большим количеством фотографий (25 шт.), что объясняется приоритетом данной тематики в экспедиционной работе[41]. В полевом дневнике содержится ряд интересных наблюдений, характеризовавших охоту и связанные с ней верования: "метки на деревьях иногда ставились те же, что и на посуде и очевидно это следы "тамги"" [42] . <:> "когда идут на охоту и жена хлеб в печке сожгла - удачи не будет, если же он сырой - самая удача"[43]. Следует отметить, что на фотографиях Т.А. Крюковой, также как и у Л.Л. Капицы, зимние сюжеты вписаны в "летний интерьер". На фотографиях представлены традиционные охотничьи сцены: путик - охотничья тропа с затесом на дереве (лoсас), охотник, настраивающий ловушку, охотник стреляющий из ружья и использующий в качестве упора койбедь - охотничьий посох, на одном конце которого железный наконечник, на другом - лопатка, охотник в зимнем снаряжении, лузан, охотничья избушка (вoр керка), амбар для припасов (тшамья), охотничья собака-лайка, петля на рябчика.

Жилище и постройки. На 16 фотографиях (№№ 26-42) отражены следующие сюжеты: бревенчатый дом-шестистенок в с. Нившера, житник, дома вдоль улицы (с. Нившера, д. Боровская).

Сельское хозяйство. Засняты различные сельскохозяйственные приспособления и виды сельскохозяйственных работ: снопы ячменя, шесты для просушивания снопов, гумно, молотьба хлеба ручным способом, точило (№№ 43-54).

Средства передвижения (№№ 64-69). На фотографиях этой группы запечатлены следующие типы средств передвижений: тарантас, телега, перевозка бревен волокушей.

Народное искусство. Материал представлен фотографиями прялок с разными типами орнаментов (№№ 70-72).

Сохранился весьма положительный отзыв заведующей первым отделом Государственного музея этнографии (далее ГМЭ) Н.П. Гринковой о вычегодской экспедиции Т.А. Крюковой: "Экспедиционная работа Т. Крюковой, проведенная в 1934 г. в Коми области, показала ее с самой хорошей стороны. Ею собрана весьма ценные коллекция по этнографии коми, являющаяся важным дополнением к имеющимся коллекциям Отдела. Собранные материалы снабжены исчерпывающими комментариями"[44].

В 1935 г. состоялась вторая экспедиция Т.А. Крюковой. Маршрут поездки проходил через Сысольский, Прилузский, Ижемский и Усть-Куломский районы.

Незадолго до экспедиции, в Ленинграде, в связи с убийством С.М. Кирова началась высылка "социально опасных элементов". В марте 1935 г. Т.А. Крюкова, приказом директора музея П.И. Воробьева была снята с работы без точного указания причины (по всей видимости, в связи с её предыдущим арестом и ссылкой по делу кружка "Братство святителя Серафима Саровского"), и только благодаря вмешательству Ф.Я. Кона была восстановлена на работе в музее[45]. В этих условиях вычегодская экспедиция 1935 г., как и предыдущая, важна была для исследовательницы в плане доказательства своей профессиональной полезности и ценности.

В результате этой поездки ею была собрана коллекция мужской и женской одежды, головных уборов, поясов, домашней утвари, предметов промыслов (колл. № 5775, 76 предметов). В полевых дневниках содержатся интересные сведения о народной медицине, колдовстве, религиозной ситуации на Верхней Вычегде, кроме того, приведены статистические подсчеты о заготовке пушнины и работах на промыслах. Последние материалы свидетельствуют об изменениях в научной конъюнктуре. От исследователей требовался сбор подобных данных для пропаганды позитивных перемен в обществе.

Небольшая фотоколлекция (колл. № 6355, 45 фотографий), выполненная Т.А. Крюковой во время этой экспедиции, иллюстрирует достаточно широкий спектр культуры верхневычегодских коми. В ней представлены следующие темы: одежда, сельское хозяйство, лесопромышленность, кустарные промыслы, жилище, пути сообщения, воспитание детей, верования.

Одежда (14 фотографий). Среди фотографий - лесоруб в традиционном костюме, молодуха в рубахе, сарафане и головном уборе типа сороки (юр кoртoд - Прилузский р-н), мальчик и взрослые мужчины в повседневной одежде (д. Вольдино).

Сельское хозяйство (4 фототографии). Зафиксированы процесс дергания льна, сенокос - укладывания сена в стог (зорoд), подвозка копен в стог, помещение для скота.

Жилище. Тема жилища представлена следующими сюжетами: общий вид с. Усть-Кулом, избы курная и двухсрубная, амбар - житник.

Пути сообщения. Наряду с традиционными средствами передвижениями - телега с впряженной в нее лошадью, одноколка, представлены и новые: паром и аэродром в с. Усть-Кулом.

Воспитание детей. Тема воспитания представлена рядом фотографий: девочка-нянька с ребенком на руках, ходилка - приспособление для начинающего ходить ребенка, мальчик на самодельном автомобиле, постройка школы в с. Усть-Нем.

Верования. Два обетных креста в с. Усть-Нем (№ 45) и с. Дон (№ 44/1,2). Обычай устанавливать обетные кресты в прошлом бытовал у различных народов. Характерен он был и для коми-зырян. Об этом, в частности, в очерках "Лесное царство" (1878 г.) писал писатель-народник П.В. Засодимский: "у зырян существует обычай ставить в лесах и на полях, около селений и в самых селениях деревянные кресты, у которых в известные дни служат молебны"[46].

В коллекционной описи к фотографии из с. Дон имеется следующая запись: "Крест деревянный, восьмиконечный, врытый в землю, стоит у задней стены деревянной избы, около изгороди. <:> Такие кресты в дореволюционное время ставились хозяевами (во дворе, около дома или на поле) "по обету", якобы для излечения от болезней или для отогнания нечистой силы от дома (например, в случае если в доме "чудится", т.е. слышатся непонятные звуки); во время крестных ходов около таких крестов служили молебны с водосвятием".[47] Такую же форму имел крест в с. Усть-Нем. Установлен он был также для защиты от различных бедствий[48]. Судя по фотографиям, надписи на этих крестах отсутствовали. Следует подчеркнуть, что религиозная тематика достаточно широко освещена в полевых материалах Т.А. Крюковой и касается, в том числе, различных религиозных групп. В частности, о бурсьылысьяс она пишет следующее: "В Мыелдино много сектантов. Там в лесу до сих пор в лесу можно неподалеку от села встретить деревянные скамейки и столики у деревьев. Туда сектанты носили иконы и ходили молиться. В 1933 г. многие жители села уходили в лес. Им было предсказанье, что будет "конец света" и они ждали сказанное. Имущество продавали или проживали, проедали. Брали с собой только минимальное. Ушли ночью, некоторые вылезли и вынули имущество через окно. Жили там долго, только спустя несколько месяцев вернулись"[49]. О печорских коми-старообрядцах, со слов заготовителя Севпушнины, сообщается следующее: "О случае на Печоре (В Илычском заповеднике) с сектантами (истинные христиане). Там их много. Молятся - двуперстным знамением. Не позволяют пить с ковша - обязательно ударят по щеке и выругают антихристом. Не моют полов. Не ставят самовар (мотивировка - рогатый антихрист). Семья каких-то истинных христиан была недавно найдена заведующим Илычским заповедником в лесу мертвыми (6 человек). Они ушли из деревни в лес "спастись", т.е. Сталин по их мнению антихрист и настали последние времена. Этот случай имел место в 1933 году"[50]. Интерес к религиозной тематике для Т.А. Крюковой, как нам представляется, носил и личностный характер. По-видимому, ей как верующему человеку были интересны и близки религиозные искания того или иного народа. Этому нисколько не противоречит тон ее записей, в частности, характеристика бурсьылысьяс как сектантов. Следует учитывать, что высказывать в то время свои религиозные симпатии было небезопасно и приходилось соблюдать определённую осторожность в полевых записях. С другой стороны, для православной Т.А. Крюковой бурсьылысьяс, действительно, в некотором смысле являлись сектантами.

Наряду с традиционными этнографическими сюжетами, на её фотографиях также запечатлены новые советские предприятия: лесозавод, смолокуренный завод. Безусловно, это было связано с тем, для отечественной этнографии стала актуальной фиксация и пропаганда позитивных перемен в обществе.

В 1934 и 1935 гг. в ГМЭ поступили две фотоколлекции, переданные в дар Коми областным музеем (колл. № 5685, 24 фотографии; колл. № 5776, 138 фотографий). Коллекции отображали разнообразные стороны хозяйственной и культурной деятельности коми-зырян различных районов Коми автономной области (Сыктывдинский, Сторожевский, Усть-Вымский, Усть-Куломский, Визинский, Ижемский, Усинский, Усть-Цилемский, Троицко-Печорский, Ненецкий национальный округ): охота и рыболовство, промыслы, сельское хозяйство, лесное хозяйство (лесорубы, вывозка леса трактором, трактористы, сплав), пути сообщения, жилые и хозяйственные постройки, общий вид поселений, здравоохранение и культурное строительство, типы населения, верования - изображение божества охотников вогулов и коми, найденное в пещере на реке Кедве (фотография с экспоната Коми областного музея в Сыктывкаре), наука (археологические раскопки с. Вогваздино 1925 г.), жилищное строительство (строительство гостиницы, постройка дома печати и типографии, техникум в г. Сыктывкаре, разборка каменного собора в г. Сыктывкаре и др. Помимо традиционных этнографических сюжетов в коллекциях есть фотографии по современности: соцсоревновния, ударничество, праздник Первомая, субботник и др.).

В конце 1950-х гг. через закупочную комиссию в фототеку ГМЭ поступили две коллекции: от сотрудника фотохроники ТАСС, включавшая две фотографии с видами г. Сыктывкара (ул. Советская, парк культуры и отдыха, колл. № 8874, ф. 112) и большая коллекция фотографий известного краеведа и этнографа А.К. Супинского (№ 9045, ф. 283). Коллекция А.К. Супинского насчитывает 396 фотографий. Территориально она охватывает 6 районов Коми АССР: Сыктывкарский, Сторожевский, Ижемский, Усть-Цилемский, Летский и Усть-Немский районы. Фотографии выполнены в период с 1952 по 1956 гг. Тематически на них представлены следующие сюжеты: пейзажи, хозяйственные и жилые постройки, сельское хозяйство, охота, народные промыслы, средства передвижения, утварь.

Пейзажи. Много пейзажных фотоснимков рек Коми АССР: р. Малая Визинга, р. Сысола (возле д. Каргорт), р. Вычегда (возле Айкино), р. Вычегда (возле Тентюково), р. Луза (возле Тыдор), р. Луза (Объячево). Другую значительную группу данной темы составляют сельские пейзажи: с. Иб, с. Кибра (Куратово), дд. Вадор, Парчим, Савва-пиян, Гарья, пос. Гарево.

Хозяйственные и жилые постройки. Представлены следующие сюжеты: дом-шестистенок, хозяйственные амбары (житник), погреб, бани (пывсян), уличная застройка (сёла Межадор, Строжевск).

Сельское хозяйство. Данная тема представлена следующими сюжетами: сельскохозяйственные орудия - тяпка (кокан), плуг (гoр), борона (пиня), соха-косуля, сельские занятия - кошение горбушей, заточка косы, выпас свиней, доение коров, строительство силосной траншеи, заготовка торфа, сбор ранней капусты и др., птицеферма (д. Читаево), лосеферма (Печоро-Илычский заповедник).

Охота. Данная тема представлена двумя сюжетами: охотник в снаряжении, охотник в лузане.

Утварь. Тема представлена фотографиями домашней утвари: утварь для варки пива, пудовня, берестяной туес и др.

В конце 1950-х годов возобновилась собирательская и исследовательская деятельность сотрудников ГМЭ на территории Коми АССР и Коми-Пермяцкого национального округа. В основном, целенаправленное комплектование коми фонда музея с этого времени связано с именем М.А. Браун.

Судьба М.А. Браун достаточно сложна и драматична: война, фашистский концлагерь[51]. В силу этих обстоятельств, научный путь М.А. Браун определился достаточно поздно. Ко времени первой экспедиции в Коми АССР ей было уже 50 лет. Несмотря на это, ей удалось сделать очень многое. За период 1959-1968 гг. М.А. Браун были обследованы все основные районы расселения коми: Удорский, Ижемский, Летский, Ухтинский, Прилузский, Усть-Куломский, Интинский, Троицко-Печорский, Усть-Цилемский районы Коми АССР, Коми-Пермяцкий национальный округ, Афанасьевский район Кировской области, а также гг. Сыктывкар, Воркута, Печора. Круг ее научных интересов затрагивал различные аспекты народной культуры коми: локальные особенности народного костюма, узорное ткачество, народное искусство[52].

Возобновлению исследовательской деятельностью ГМЭ во многом поспособствовала необходимость строительства новой экспозиции "Народы Коми". С 1959 по 1961 гг. в Коми АССР были проведены четыре этнографические экспедиции. В работе этих экспедиций принимали также участие сотрудники Коми Республиканского Краеведческого музея (далее ККМ)[53].

Первая экспедиция состоялась в августе 1959 г. и носила в основном рекогносцировочный характер, т.к. этому предшествовал 25-ти летний перерыв в собирательской работе ГМЭ среди коми. В ходе этой экспедиции было проведено этнографическое обследование в Ижемском, Усть-Цилемском и Сыктывдинском районах Коми АССР.

Коллекция фотоснимков, приобретенных и сделанных во время экспедиции (колл. № 9136, ф. 374, 54 фотографии, 78 негативов) представляет значительный интерес. Она отражает следующие темы: жилище, одежда, средства передвижения, верования.

Жилище (16 фотографий). Зафиксированы различные типы жилища: пятистенок и шестистенок в с. Ижма. Другим распространенным типом жилого дома у коми-ижемцев были двухэтажные дома, которые появились под влиянием соседних русских-устьцилемов. В других районах проживания коми-зырян двухэтажные строения встречались редко, только у зажиточных крестьян-торговцев. На фотографиях М.А. Браун запечатлено несколько таких домов (в сёлах Ижма и Бакур). Окна дома в с. Бакур украшены декоративной резьбой. Сфотографировано также строительство пятистенка.

Одежда (№№ 1-8). Данная тема представлена следующими сюжетами: женщина в баба юр - традиционном головном уборе замужней женщины, пожилой мужчина в совике - верхней меховой одежде, пожилая ижемка в рубахе-сос и сарафане, женщина в верхней одежде, сшитой из овчины (кузь пась).

Значительное место среди фотографий занимают пейзажные снимки: р. Ижма, окрестности с. Иб, ржаное поле в окрестностях с. Иб.

Средства передвижения. Всего 6 фото: деревянная волокуша, кирдадь - женские оленеводческие нарты. От мужских нарт они отличались тем, что имели более высокие копылья, заднюю и боковые стенки. Кроме того, они снабжались специальным навесом из черемуховых прутьев, которые покрывались зимой оленьими шкурами, а летом сукном.

Верования. Тема верований представлена фотографиями двух обетных крестов. К фото первого из крестов в коллекционной описи сделана следующая запись: "крест придорожный деревянный - предмет религиозных верований (с. Ижма)"[54]. Второй крест выполнен в двух видах и снабжен следующими пояснениями: 1) "крест деревянный - предмет религиозных верований - поставлен на месте возникновения пожара (как оберег), от которого пострадало село в нач. XX в."[55]; 2) "Крест деревянный большой (предмет религиозных верований), на котором прикреплены лоскутки ткани, с изображением на некоторых из них креста (старообрядческого). Эти лоскутки являются предметами жертвоприношений различных людей. Со слов пожилой женщины известно, что она "повесила на крест свой любимый шелковый платок, чтобы сын с войны домой вернулся" "[56].

В феврале 1960 г. состоялась вторая поездка М.А. Браун в Коми АССР, на этот раз в Ижемский район. Основной целью экспедиции было приобретение этнографических предметов, характеризовавших быт коми-оленеводов на пастбищах. На фотографиях запечатлены селения, жилища, одежда, транспорт, праздники (колл. № 9137, ф. 375, 51 фотография, 60 негативов).

Селение и жилище. Отражены следующие сюжеты: современный жилой дом с. Ижма, построенный в технике рубки в "лапу", вытеснявшей старинный способ рубки в "угол" - пельoс (колл. № 9137, ф. 375-1), двор колхозника, справа от которого видны поленницы, слева - женские нарты-кирдадь (колл. № 9137, ф. 375-5), вид центральной улицы с. Ижма - на переднем плане женщина  в малице, справа дети в одежде городского покроя (колл. № 9137, ф. 375-10), новый магазин промышленных товаров (колл. № 9137, ф. 375-21) и др. Характерной манерой фотосъемки М.А. Браун было сопоставление в кадре старого и нового быта. Например, зимний вид сельской улицы: на переднем плане олень в упряжке, вдали - двухэтажный деревянный дом (колл. № 9137, ф. 375-20).

Одежда. Данная тема представлена рядом фотографий, основным мотивом которых является противопоставление старой, традиционной одежды и современной, фабричного производства. Вот запись из коллекционной описи к одной из фотографий этой группы: "в данной местности в настоящее время бытуют два вида зимней одежды: малица из оленьих шкур и пальто ватное фабричного производства. Первую носят оленеводы, второе жители не связанные с оленеводством в с. Ижма" (колл. № 9137, ф. 375-15).

Транспорт. Тема транспорта представлена семью фотографиями (№№ 6, 7, 9, 16, 18, 26, 27). В основном, это типы оленьих нарт (мужские и женские), оленьей упряжи и сбруи. К сожалению, большая часть фотографий не отличается высоким уровнем технического исполнения: зачастую сюжет слишком удален и достаточно сложно увидеть, например, те или иные особенности одежды. Некоторые кадры совершенно случайны. Так, на фотографии № 18, судя по описанию, изображены оленья и лошадиные упряжки, но видны только часть туловища олени и голова лошади.

Значительная часть фотографий, посвящена торжественному заседанию в день праздника оленеводов (№№ 33-59). Эти фотографии не несут прямой этнографической информации и в большой степени представляют интерес лишь в плане изучения эстетических вкусов ушедшей эпохи: "на празднике оленеводов (12-14.II.1960 г.) отчетливо выразилась дружба между оленеводами коми-ижемцами, ненцами и русскими. На трибуне оленевод-русский (Тюменская область) поздравляет оленеводов коми с производственными успехами" (№ 41).

 В сентябре 1960 г. М.А. Браун была проведена экспедиция в Удорский и Троицко-Печорский районы Коми АССР.

Во время полевой работы, наряду со сбором экспонатов, были приобретены и выполнены фотоснимки в с. Селиб. В коллекции № 9138 (ф. 376, 29 фотографий, 30 негативов) представлены следующие темы: жилище, хозяйственные постройки, одежда, пейзажи, транспорт.

Жилище (13 фотографий). Сняты два дома с односкатными крышами, поставленными вплотную друг к другу высокими стенами, а в месте их соединения устроен общий вход (№№ 7, 8), дом на высоком подклете (№ 10), дом-пятистенок с односкатной крышей на "слегах", большой двухэтажный дом с тесовой крышей на "курицах" (№ 23).

Хозяйственные постройки. В их числе зафиксированы: амбар на сваях, высотой около метра, с двухскатной крышей (№№ 4, 15, 16), колодец в виде неглубокой ямы, окруженной вертикальными деревянными столбами, вода из него зачерпывается берестяным ковшом на шесте (№ 17).

Одежда. Данная тема представлена четырьмя фотографиями: пожилой колхозник в военной форме - многие мужчины носят в качестве повседневного костюма старую военную форму (№ 3), женщины и девочки в современной повседневной одежде с фабричными платками на головах (№ 9). Фигуры даны мелким планом, что затрудняет возможности описания костюмов.

Пейзажи. Виды р. Мезени ((№№ 19, 21).

Транспорт. Переправа через реку Мезень на пароме (№ 27).

 В ходе экспедиции М.А. Браун в Коми Краеведческом Музее ею была приобретена небольшая коллекция из 14 фотографий (колл. № 9139, ф. 377, 14 фотографий, 14 негативов). В ней фотографии, выполненные до революции и в 1930-е гг. Авторство фотографий не указано. В этнографическом отношении коллекция достаточно репрезентативна. Представлены следующие темы: пейзажи, оленеводство, охота.

Пейзажи. Характерные для Республики Коми ландшафтные снимки: тундра весной (№ 1), Северо-Западный Урал (№ 2), река Вычегда (№№ 3, 4). По всей видимости, данные фотографии собирались использовать на строящейся в музее экспозиции в качестве ландшафтных фото. В художественном отношении аттрактивна фотография за № 5. Это дореволюционный снимок одного из верхнепечорских сел (в коллекционной описи название села не указано): на пригорке возвышается село с двумя церквями, внизу река, на ней лодка, в которой стоит человек, в воде отражение строений.

Оленеводство. Тема оленеводства представлена рядом фотографий: стадо оленей на пастбище (№ 7), чум (№ 8), упряжка из трех оленей (№ 9).

Охота. Очень выразительная серия фотографий включает: вид охотничьей избушки, рубленной в угол (пельoс) из крупных бревен  с односкатной крышей и отверстием для входа, рядом с входом - крышка, которой закрывается вход, перед избушкой охотник (фото нач. XX в., № 10), охотничья избушка с плоской двухскатной крышей (фото нач. XX в., № 11), охотник в промысловой одежде на лыжах (фото 1930-х гг., средняя Вычегда, № 12), охотник на лыжах, стреляющий с упора при помощи лопатки койбедь (фото 1930-х гг., средняя Вычегда, № 12), бригада охотников в пути с охотничьими нартами (фото нач. XX в., № 14). Последняя фотография демонстрируется на экспозиции РЭМ "Народы Поволжья и Приуралья" в разделе "Охота".

В августе-сентябре 1961 г. состоялась экспедиция М.А. Браун в Железнодорожный и Летский районы Коми АССР, в ходе которой вместе со сбором вещей проводилась фотосъемка. Фотоколлекция отражают следующие темы (колл. № 9140, ф. 378, 58 фотографий): селение и жилище, праздничный Сыктывкар, пейзажи.

Селение и жилище. Данная тема представлена 45 фотографиями: пятистенок в с. Летка, дом-двойня, улицы с. Летки, вдоль которых тянутся высокие пешеходные мостки (колл. № 9140, ф. 378-12, 14, 19, 38, 46), дом культуры (колл. № 9140, ф. 378-25).

Праздничный Сыктывкар. Одиннадцать фотографий из этой коллекции посвящены празднованию 40-летия Коми автономной области в г. Сыктывкаре: митинг, народные гуляния, здание обкома.

Пейзажи (№№ 2).Сосновый лес на берегу Вычегды (колл. № 9140, ф. 378-58), окрестности села Летки.

В ходе этнографической экспедиции 1961 г. М.А. Браун была приобретена небольшая коллекция из 14 фотографий (колл. № 9102, ф. 340), в основном иллюстрирующая различные моменты производственной и социальной жизни того времени: лесосплав, лесозаготовки, лесообрабатывающая промышленность, передовые люди республики - Герои социалистического труда В.Ф. Смолев (№ 11) и машинист Воркутинского депо И.С. Семенов (№ 9). Эти фотографии интересны как материал по определенному периоду истории страны, а также изучения бытующих в то время эстетических вкусов и идеологических ценностей.

В сентябре 1961 г. М.А. Браун совершила экспедиционную поездку в Коми-Пермяцкий национальный округ: г. Кудымкар, Кочевский район. В результате этой поездки были приобретено 92 экспоната, характеризовавших различные стороны традиционной культуры коми-пермяков: одежда, предметы жилища, предметы народного искусства[57]. Во время данной научной командировки М.А. Браун была приобретена коллекция фотоснимков (колл. № 3141, ф. 379, 37 фотографий, 52 негатива). В них представлены следующие этнографические темы:

Пейзажи (№№ 14, 46, 47, 48, 51). Представлены такие сюжеты: вид г. Кудымкара, пейзаж возле с. Кочева.

Жилище и селения (№№ 1-15, 18-33, 45, 52). Данная тема представлена рядом фотографий: современный дом в с. Кочево, охлупни - украшения старинного дома в виде лошадиной головы, дом четырехскатной тесовой крышей, общий вид с. Кочево.

 Летом 1965 г. М.А. Браун была совершена экспедиционная поездка в Коми АССР (Прилузский, Сыктывдинский районы) и Коми-пермяцкий национальный округ (Косинский и Юсьвинский районы)[58]

За это время было сделано более 300 этнографических снимков. Так, в с. Черныш Браун встретилась с женским ансамблем чипсанисток. Ею был сфотографирован процесс изготовления исполнительницами чипсонов - небольших флейтовых музыкальных инструментов из зонтичных растений, некоторые из этих инструментов были приобретены для ГМЭ[59]. В с. Пажга, Сыктывдинского р-на Коми АССР была зафиксирована косьба травы "горбушами", в с. Черныш - полный процесс старинного способа изготовления саней[60]. Всего в фототеку РЭМ поступило 173 фотографии (колл. № 9289, ф. 527). На них представлены следующие темы: одежда, искусство, жилища, общественное строительство, занятия и промыслы, средства передвижения, воспитание детей, антропологические и социальные типы.

Одежда. На фотографиях показаны лузские коми в различных комплексах повседневной одежды: группа-женщин в традиционных костюмах, исполняющих старинный народный танец "бабий хоровод" (№ 33), группа-женщин в традиционных костюмах, исполняющих старинный народный танец "дробилочка" (№ 34), группа женщин и детей в современной одежде.

Искусство. Данная тема, как мы уже отмечали, представлена значительным кругом фотографий. Наряду с перечисленными сюжетами, это фотография Александры Никоноровны Сердитовой, в 1960-е гг. считавшейся одной из лучших чипсанистов в с. Черныш, различные группы женщин в процессе изготовления исполнительницами чипсонов.

Средства передвижения. Представлено такими сюжетами: полозье для саней с. Черныш, старинный способ изготовления саней (№ 99-103), лодка-долбянка с. Черныш (№ 40), переправа через р. Лузу на пароме и др.

В 1966 г. была еще одна командировка М.А. Браун в Коми-пермяцкий национальный округ. Основной задачей командировки был сбор современного вещевого и иллюстративного материала для заключительного раздела строящейся выставки "Народы коми XIX и XX вв. (по коллекции ГМЭ)" и экспозиции: "Современное жилище и одежда народов СССР"[61]. В ходе экспедиции был собран различный фотоматериал (колл. № 9379, ф. 617, 65 фотонегативов): вид улиц г. Кудымкара, жилище, одежда, народное искусство (резные наличники), транспорт.

В 1967 г. М.А. Браун была организована этнографическая поездка в Усть-Куломский район Коми АССР. Маршрут экспедиция включал сёла Керчемья, Усть-Кулом, а также г. Сыктывкар. В ходе экспедиции был собрана коллекция различных экспонатов по традиционной культуре коми, а также записаны ряд ряд интересных преданий об основании Керчомьи, являвшегося в прошлом центром старообрядчества верхневычегодских коми, различный круг поверий, связанных с одеждой[62]. Значителен фотоиллюстративный материал, выполненный в ходе экспедиционных работ (колл. № 9441, ф. 679, 151 фотонегатив): общественные и хозяйственные постройки, селение и жилище, одежда, средства передвижения, занятия.

Селение и жилище. Данная тема представлена такими сюжетами: дом-пятистенок (с. Керчомья), колодец с воротом (с. Керчомья), вид с. Керчомьи, Дом культуры в с. Керчомья, крыши на самцах и слегах.

Одежда. На фотографиях показаны вычегодские коми в различных комплексах повседневной одежды: пожилая женщина в повседневной одежде и в котах (с. Керчомья), группа женщин в современной одежде (одежде фабричного производства), рубаха женская холщовая, женщина в косоклинном сарафане и др.

Верования - фотография похоронной процессии в с. Керчомья.

Занятия. Данная тема представлена такими сюжетами: укладка сена в стог, женщины точат косу-горбушу.

Летом 1968 года М.А. Браун была организована экспедиция в Афанасьевский район Кировской области, район проживания особой этнографической группы коми-пермяков - зюздинских коми.

Зюздинские коми-пермяки в прошлом были старообрядцами-беспоповцами. В полевом дневнике М.А. Браун содержится ряд интересных наблюдений характеризующих культуру и быт этой своеобразной группы. М.А. Браун отмечала, что многие женщины-старообрядки хранили синие дубасы и использовали их как обрядовую одежду во время молений, которые нередко проводились в лесу. По покрою эти дубасы отличались от старинных и похожих на прямую юбку на лямках в то время, как "синюхи" XIX века имели сходство с рубахой туникообразного покроя[63]. М.А. Браун отмечала, что сами зюздинские коми, называют себя "пермяками-кержаками", при этом подчеркивают, что к коми-пермякам Коми-пермяцкого национального округа они не имеют никакого отношения: "их язык не понимают, на их манер не молятся, в церковь не ходят"[64]. М.А. Браун были зафиксированы любопытные моменты похоронно-поминальной обрядности: "Пожилые зюздинки хранят обычай, по которому принято надевать на покойницу ее свадебную одежду или праздничный традиционный костюм, употреблявшийся ею еще в молодости. В гроб же кладут одежду, в которой она любила работать уже последние годы своей жизни, а также предметы домашних занятий, которыми она часто пользовалась, будучи пожилым человеком" [65].

М.А. Браун удалось записать интересный вариант местной легенды о "чуди", или как их именовали среди зюздинских коми "чучки": "Чучки жили в нашем Зюздинском крае лет сто назад. Чучкое племя еще и сейчас от пермян отличить можно. Мой дед, которого Данилой кликали, сейчас ему было бы 120, молодым парнем привел из лесу девушку чучку. Лет 16-17 ей было. Она была последним человеком из чучкого многочисленного народа, который зарыл себя землей. Давным-давно пришли на Каму русские и принесли с собой икону - Христово распятие на большом деревянном кресте. Построили русские избу для этой иконы и стали загонять туда людей поклоны бить. Чучки-то русской речи не разумели. Подумали, что их хотят на деревянные кресты распять. Напугался чучкой народ, убежал, кто в лес, кто на дикий берег Камы. Вырыли чучки ямы, а по углам столбы поставили. На столбы накат из бревен сделали, сверху наката - землю нарыли. Наделали в лесу из дерева, а на берегу из глины посуды разной. Одежду нашили из звериных шкур - охотники чучки были. Питались также зверьем да рыбы ловили. Ели ягоды, а грибы за нечисть считали. Жили-то жили. Но распятия на кресте больше любой другой смерти боялись. Как почуют, что к ним русские идут, так столбы подрубят и живьем себя похоронят. Не додумали, что русский народ к ним с добром идет и хлеб соль несет. Так мало-по-малу почти все себя и загубили. Дольше всех только один род жил. В глухую чащу забрел. Старая семья вымрет, молодая останется. Детей много бывало. А в последней семье одна дочка родилась. Умерли старики, а она тосковать стала, от горя рыдать начала. Дед мой охотник, да смелый был. В ту чащу зашел, стоны да плач услыхал, на голос пошел. Видит сидит на бугорочке молодица черноокая в длинной рубахе из шкурок не то белки, не то козульки; босая. Лето было. Позвал дед ее, а она черными глазами на него посмотрела, да бежать. Заарканил он ее, как олежка молодого дикого, привел в деревню. А пока вел, она ему все лицо расцарапала. Так и помер конопатым. Долго дичилась. Но народ к ней лаской и добром подходит. Свыклась. Говорить и по-пермяцки, и по-русски научилась. Сначала только мыкала, да выкала. Веселая стала, но на деда сердилась. Замуж за другого пермянина вышла. Нарожали они 4 сына, 4 дочки. 2 сына и 2 дочки на чукчу были похожи, черномазые, а другие 2 сына и 2 дочки - на батьку - белявые. <:> От чучки и другое завелось. Она по обыкновению как в лесу стала деревянную, да берестяную посуду делать. Ну и другие такое переняли да и до сих пор делают лапти, думают, тоже от чукчей пошли" [66].

Во время экспедиции М.А. Браун был собран интересный иллюстративный фотоматериал из 90 снимков (колл. № 9454, ф. 692). Они отражают следующие темы: пейзажи, селение и жилище, одежда, антропологические типы, занятия, верования.

Пейзажи. Данная тема представлена рядом ландшафтных фотографий: р. Кама, окрестности с. Порубово, дд. Даньки, Илюши, с. Афанасьево.

Селение и жилище. На фотографиях сняты следующие сюжеты: пятистенок с. Парубово, внутренний вид жилища колхозницы, средняя школа в д. Илюши.

Одежда. Сфотографированы различные типы одежды и обуви: бродни - берестяная обувь, печатник - сарафан из домашней набойки, женская кофта, женский передник.

Антропологические типы. Представлены разные половозрастные типы зюздинских коми-пермяков (мужчины, женщины, дети).

Занятия. Запечатлены разные виды сенокосных работ: мужчина косит литовкой, женщина косит литовкой, уборка сена, укладка сена в стог, плетение корзины.

Верования. Тема верований представлена рядом фотографий: лапоть-оберег, который выставлялся на забор для предохранения дома от нечистых духов, деревянная скульптура Христа из церкви д. Малмыж, старая церковь в с. Пашнино (XIX в.).

Новые поступления в фототеку относятся к 1995 г., когда была организована экспедиция в Ижемский район. Состав экспедиции: н.с. НМРК В.Б. Липин (руководитель экспедиции), с.н.с. НМРК Т.А. Пьянкова, н.с. НМРК О.Н. Волокитина, н.с. РЭМ Е.В. Колчина, н.с. РЭМ И.С. Фролова, н.с. отдела этнографии ИЯЛИ КНЦ УРО РАН В.Э. Шарапов. Задачей экспедиции был сбор этнографического материала по следующим темам: этнопедагогика, традиционные представления о красоте, традиционные промыслы, верования, христианские праздники и народный календарь.

В ходе экспедиции Е.В. Колчиной были проведены фотосъемки (колл. № 11691, 14 фотографий). На этих фотографиях представлены следующие темы:

Верования. Данная тема показана следующими сюжетами: обетный крест у дороги (с. Сизябск, № 1), вид кладбища с. Ласта (№ 2).

Традиционное праздники и обряды. На фотографии зафиксированы праздничные гуляния на Иванов день - Иван лун (с. Гам, №№ 10-12).

Воспитание детей. Фотография зыбки - потан (С. Сизябск, № 14).

Сбор фотоматериалов продолжался и в последние годы. В 2001 г. на Верхней Вычегде была проведена совместная с Национальным музеем Республики Коми этнографическая экспедиция. Состав Верхневычегодской экспедиции: н.с. НМРК О.Н. Смирнова (руководитель экспедиции), н.с. НМРК В.Б. Липин, н.с. отдела этнографии ИЯЛИ КНЦ УРО РАН В.Э. Шарапов, н.с. РЭМ В.А. Галиопа, н.с. РЭМ А.А. Чувьюров.

За время командировки (20-17.07.2001) было проведено этнографическое обследование 17-ти верхневычегодских сёл и деревень: Кебанъёль, Усть-Кулом, Керчомъя, Дзёль, Габово, Дон, Жежим, Лебяжск, Парч, Усть-Нем, Мыёлдино, Пожег, Шахсикт, Кекур, Вомынбож, Мале и Пожегдин.

В ходе экспедиции были произведены фотосъёмки (на черно-белую и цветную негативную фотоплёнку) множества различных типов жилых, хозяйственных, надворных и общественных построек, около 200 предметов традиционной домашней, хозяйственной и промысловой утвари верхневычегодских коми, 14-ти деревенских кладбищ, 10-ти обетных крестов, многих знаковых деревьев (пас пу, вожа пу) и знаков на самих таких деревьях (пас, лoсас), связанных с кладбищами, дорогами и обетными крестами, репортажная фотосъёмка трёх поминальных панихид, а также похоронного ритуала в деревне Лебяжск. Всего отснято 14 цветных и 6 черно-белых фотоплёнок (441 фотоснимок).

Данная статья представляет лишь определенный этап классификации и описания фотоматериалов по народам коми в собрании РЭМ. Полноценный анализ и оценка этнографического материала требует изучения и выявления коми фотофонда также в других архивах.


[1] Фишман О.М. Материалы по этнографии карел в собрании ГМЭ народов СССР // Отражение этнических процессов в памятниках бытовой культуры. Сб. науч. ст. Отв. ред. И.И. Шангина. Л., 1984. С. 137.

[2] Программа для собирания этнографических предметов. СПб., 1904, 3 изд. С. 15-21, 23, 28, 30, 32, 39, 44, 46.

[3] Вишневецкая В.А. Из жизни и деятельности С.М. Дудина - художника, собирателя, исследователя // Из истории формирования этнографических коллекций в музеях России (XIX-XX вв.). Сб. науч. трудов. Отв. ред. И.И. Шангина. СПб., 1992. С. 84-106; Морозова А.С. Туркмения в фотоколлекциях С.М. Дудина // Очерки по истории хозяйства и культуры туркмен (Материалы к историко-этнографическому атласу Средней Азии и Казахстана). Отв. ред. Г.Е. Марков, А. Оразов. Ашхабад, 1973. С. 140-161; Решетов А.М. Фотографии в собраниях Этнографического музея // Проблемы комплектования, научного описания и атрибутации этнографических предметов. Сб. науч. трудов. Отв. ред. И.И. Шангина. Л., 1987. С. 70-71.

[4] Фишман О.М. Материалы по этнографии карел: С. 137-138.

[5] Шангина И.И. Концепция комплектования собраний этнографических музеев (30-50-е годы XX в.) // Из истории формирования этнографических коллекций. С. 86-92; Ивановская Н.И. Из истории собирательских программ по этнографии (середина XIX- середина XX вв.) // Проблемы комплектования, научного описания и атрибутации этнографических предметов. С. 86-92.

[6] Гуревич А.Я. Исторический синтез и Школа "Анналов". М., 1993. С. 51-55.

[7] Там же. С. 74-75.

[8] Морозова А.С. Указ. соч. С. 140-161.

[9] Количество негативов и фотографий не совпадает. Часть негативов погибла при бомбардировке 5/XII-1941 г., некоторые коллекции (поступившие в музей в дар от разных музеев и частных исполнителей) поступила без негативов, распечатка негативов ряда более поздних коллекций, в частности М.А. Браун, произведена не полностью.

[10] Горб Д.А. Собирательская работа ГМЭ народов СССР у вепсов // Современное финно-угроведение. Опыт и проблемы. Сб. науч. трудов. Отв. ред. О.М. Фишман. Л., 1990. С. 41.

[11] Молотова Л.Н. Е.А. Ляцкий и его деятельность в этнографическом Отделе Русского Музея // Из истории формирования этнографических коллекций в музеях России. С. 20.

[12] Более подробно о вычегодской экспедиции и биографии С.И. Сергеля смотри статью Н.И. Ивановской в данном сборнике.

[13] Архив РЭМ. Ф. 1, оп. 2, д. 566. Переписка с С.И. Сергелем, студентом СПб университета, командированным для собирания этнографического материала у зырян Архангельской и Вологодской губ. и лопарского населения Скандинавского полуострова и Финляндии. Л. 4 (об.).

[14] Названия населенных пунктов и этнографических предметов, в данной статье приводятся с сохранением авторских орфографий.

[15] О собранных коллекциях Сергеля С.И. см. статью Н.И. Ивановской в данном сборнике.

[16] Регистрация фотографий была произведена самим С.И. Сергелем.

[17] С.И. Руденко, впоследствии известный советский археолог, этнограф, заведующий Этнографическим Отделом Русского Музея (в 1920-е г.).

[18] О зауральской экспедиции С.И. Руденко см. статью К.Ю. Соловьевой - Соловьева К.Ю. Вклад С.И. Руденко в изучение обских угров (по коллекции ГМЭ народов СССР) // Современное финно-угроведение. С. 61-65; Архив РЭМ. Ф. 1, оп. 2, д. 505. Переписка с С.И. Руденко, командированным в Пермскую, Оренбургскую, Самарскую и Ярославскую губ. 1906-1912. Л. 67, 87-90.

[19] Более подробно о коллекции этнографических предметов по коми-зырянам С.И. Руденко см. Авижанская С.А., Браун М.А., Крюкова Т.А. Каталог-указатель (Краткое описание коллекций отдела этнографии народов Поволжья и Приуралья Государственного Музея этнографии народов СССР) // Музей и современность. Проблемы совершенствования экспозиций по истории Советского общества. М., 1975. С. 236.

[20] Более подробно о коллекциях В.А. Плотникова и А.Ф. Теплоухова см. Авижанская С.А., Браун М.А., Крюкова Т.А. Указ. соч. С. 241.

[21] Архив РЭМ. Ф. 1, оп. 2, д. 475. Переписка с художником Плотниковым В.А. о собирании этнографических материалов по Архангельской губ. и Пермскому краю, описи материалов. Л. 10.

[22] Трефилова Л.А. Обзор семейного фонда Теплоуховых // Уральский Археографический ежегодник за 1970 год. Пермь, 1971. С. 197

[23] Там же. С. 198-213.

[24] Там же. С. 213-214.

[25] Архив РЭМ. Ф. 1, оп. 2, д. 623. Переписка с А.Ф. Теплоуховым о собирании этнографических материалов в Пермской губ., описи материалов. Л. 7-8.

[26] Там же. Л. 3.

[27] Там же. Л. 4.

[28] Там же. Л. 10 (об.)-11 (об.).

[29] Там же. Л. 13-13 (об.).

[30] Более подробно о коллекциях В.А. Плотникова и А.Ф. Теплоухова см. Авижанская С.А., Браун М.А., Крюкова Т.А. Указ. соч. С. 241.

[31] Белицер В.Н. Очерки по этнографии народов коми. С. 325-326.

[32] Архив РЭМ. Ф. 1, оп. 2, д. 289. Переписка с И.К. Зеленовым о собирании этнографических материалов среди вотяков Вятской губернии, а также башкир, черемисов, бесермян, чувашей и других; описи материалов (1904-1911). Л. 213.

[33] Там же. Л. 215.

[34] Архив РЭМ. Ф. 1, оп. 2, д. 313. Переписка с Л.Л. Капицей о собирании этнографических материалов по карелам, зырянам и другим народам Севера; описи материалов и отчеты о заграничной командировке. С. 22-24

[35] Там же. Л. 30.

[36] Более подробно о коллекции Л.Л. Капицы см. Авижанская С.А., Браун М.А., Крюкова Т.А. Указ. соч. С. 237-238.

[37] Балашов Д.Н., Бегунов Ю.К. Поездка за рукописями в Печорский район Коми АССР в 1960 г. // ТОДРЛ. Т.18. Л., 1962. С.421.

[38] Шангина И.И. Концепция комплектования собраний этнографических музеев:, С. 138.

[39] О научной биографии Т.А. Крюковой см. статьи Заднепровской А.Ю, Решетова А.М., Томазовой О.В., Ивановской Н.И. в сб. Личность и творчество. К 95-летию Т.А. Крюковой.СПб., 2000.

[40] Более подробно о коллекции Т.А. Крюковой см. Каталог-уазатель этнографических коллекций. Народы Среднего Поволжья и Приуралья. Ч. 1. Финно-угорские народы. Составители Л.Л. Добрачева, А.Ю. Заднепровская, Е.Н. Котова. Л., 1990. С. 12, 14-37.

[41] Архив РЭМ. Ф. 18, оп. 1, д. 60.Материалы экспедиции в Сторожевский р-н Коми АССР. Полевой дневник. Часть I. Л. 2 (об.)-7 (об.).

[42] Там же. Л. 6.

[43] Там же. Л. 14.

[44] Архив РЭМ. Ф. 18, оп. 1, д. 187. Н.П. Гринкова. Отзыв о работе Крюковой в отделе этнографии музея. 1934 г.

[45] Решетов А.М. Страницы жизни Т.А. Крюковой // Личность и творчество. К 95-летию Т.А. Крюковой. Отв. ред. А.Ю. Заднепровская. СПб., 2000. С. 21-23

[46] Засодимский П.В. Лесное царство. // В дебрях Севера. Сыктывкар, 1999, С. 126

[47] Фототека РЭМ. Ф. 6055, №44/1,2.

[48] Фототека РЭМ. Ф. 6055, № 45.

[49] Архив РЭМ. Ф. 18, оп. 1, д. 61. Материалы экспедиции в Сторожевский р-н Коми АССР. Полевой дневник (1935 г.). Л. 8 (об.).

[50] Там же.

[51] Более подробно о М.А. Браун см. статью Е.В. Колчиной в этом сборнике.

[52] Браун М.А. Изучение народной одежды коми в Советские годы (по коллекции ГМЭ народов СССР) // Ленинская национальная политика в действии (тезисы докладов и сообщений на зональной научной конференции, посвященной 50-летию Коми АССР). Сыктывкар, 1971. С. 194-195; Браун М.А. Узорное ткачество коми-пермяков. Сообщения Государственного Русского музея. Вып. XI. М., 1976. С. 144-147

[53] Архив РЭМ. Ф. 2, оп. 1, д. 1402. Отчет М.А. Браун об итогах экспедиционно-собирательской работы в Коми АССР. 1961. Л. 3.

[54] Фототека РЭМ. Ф. 9136/374-51.

[55] Фототека РЭМ. Ф. 9136/374-59.

[56] Фототека РЭМ. Ф. 9136/374-60.

[57] Каталог-указатель этнографических коллекций. Народы Среднего Поволжья и Приуралья. Ч. 1. Финно-угорские народы. Составители Л.Л. Добрачева, А.Ю. Заднепровская, Е.Н. Котова. Л., 1990, С. 46-58; Архив РЭМ. Ф. 2, оп. 1, д. 1402. Л. 31.

[58] Там же. Л. 2.

[59] Там же. Л. 13-14.

[60] Там же. Л. 14-15.

[61] Архив РЭМ. Ф. 2, оп. 1, д. 1575. М.А. Браун. Отчет о научной командировке в Коми-пермяцкий национальный округ с17/XI по 3/XII 1966. 1967. Л. 1-3.

[62] Архив РЭМ. Ф. 2, оп. 1, д. 1580. Краткие отчеты о научных командировках сотрудников ГМЭ народов СССР в 1967 г. (Отчеты Т.А. Крюковой, Л.С. Смусина, М.А. Браун, П.И. Каралькина, Е.Н. Котова). Л. 11-12; Л. 21. Более подробно см. статью Е.В. Колчиной в этом сборнике.

[63] Там же. Л. 5.

[64] Там же.

[65] Там же. Л. 16.

[66] Там же. Л. 16-18.


поиск

2


новости
- 22 сентября 2011 г.
Статья В.В. Сурво и А.А. Сурво (Хельсинки) «Внутренние границы культуры».

- 12 сентября 2011 г.
Статья В.В. Сурво и А.А. Сурво (Хельсинки) ««Центры» и «периферии» фин(лянд)ского семиозиса».

- 6 сентября 2011 г.
Статья В.В. Сурво (Хельсинки) ««Иконические» символы традиций в этнорелигиозных контактах русского и прибалтийско-финского населения Карелии».

- 25 августа 2011 г.
Статья В.В. Сурво и А.А. Сурво (Хельсинки) «Истоки «племенной идеи» великофинляндского проекта».

- 20 августа 2011 г.
Статья В.В. Сурво (Хельсинки) «Карельский стиль».

- 18 августа 2011 г.
Статья В.В. Сурво (Хельсинки) «Традиции Карелии в иконической реальности Финляндии».

- 10 августа 2011 г.
Статья В.В. Сурво (Хельсинки) «Текстильная тема в обрядовой практике (по материалам Карелии)».

- 15 июля 2011 г.
Статья В.В. Сурво (Хельсинки) «Девка прядет, а Бог ей нитку дает».

- 12 июня 2011 г.
Статья В.В. Сурво (Хельсинки) ««Мать-и-мачеха» женской магии».

- 26 мая 2011 г.
Статья В.В. Сурво (Хельсинки) «О некоторых локальных особенностях вышивки русского населения Олонецкой губернии».

- 19 января 2010 г.
Статья Ю.П. Шабаева «Русский Север: поиск идентичностей и кризис понимания».


фотоархив



Охотник, тянущий промысловые нарты. д. Скородум. У.Т. Сирелиус. 1907 г.




Интернет портал WWW.KOMI.COM
о проекте персоналии публикации архив опросники ссылки гранты